Nocturnal Rover
Однажды вечером, пробуя чай с корицей и гвоздикой, один из моих собеседников завел разговор о магии. Из этого разговора получилась бы целая история длинною тома в три, но я предоставлю общему вниманию малый его кусочек. Чтобы не грузить и не давить ПАФОСОМ.
Кусочек разговора от этого сокращения, надо сказать, историей быть не перестает.
Магия, говорит собеседник, вылавливая из чая гвоздику, предназначается для лучшего понимания мира, того, что в нем происходит, понимания самого себя человеком и делания прочих интересных вещей. Тем не менее, люди видят в ней возможность привораживать тех, кто их не любит и жизнь с ними свою делить не хочет, возможность изводить врагов и всячески обеспечивать свои собственные интересы.
Мало того, что путь самый простой, а потому и притягательный, и губительный одновременно. Так он по большей части и связан с насилием. Ведь приворот - это насилие над душой привораживаемого человека и её медленное убийство. Наведение порчи - насильственное причинение вреда здоровью, только не с помощью кинжала, а с помощью магии. И так далее... И как тогда, ворожбой занимающиеся люди, которые должны были бы видеть мир иначе, чем обычные люди, а из-за этого и не являться людьми в полном смысле этого слова, с этим связываются и сами этим радостно пользуются? Ну, ясно то, что так называемые "светлые" маги не жалуют так называемых "темных", но в оккультном искусстве эта грань весьма размыта и светлость-темность ворожащего определяется не теми вещами, которые он делает, а происхождением инструментов. Самый простой пример: приворот с лепестками роз - почему-то считается светлым действием, а приворот с костями голубя и волосами жертвы - темным действием, хотя смысл их один и тот же. То есть определение принадлежности к "тьме" и "свету" в современном понимании опять же замешана на страхе перед непознанным, который является вполне человеческим чувством...
Но, если потянуть клубок с другого конца, можно вспомнить о том, что, по идее, занимающийся ворожбой человек должен видеть/осязать/еще как-нибудь чувствовать (честно, не знаю как, но должен) негативные эмоции, последствия всяческого магического насилия над душой человека, порчи и сглазы. И воспринимать это как мусор или нечистоты. И если зависть человека, с которой он ничего не может сделать, можно сравнить с собачьей кучкой, то целенаправленное наведение порчи можно сравнить с ситуацией, когда один человек выливает на другого индивидуума ведро нечистот и на себя - тоже. Деньги, полученные от заказчика сего перфоманса, вряд ли можно считать вещью, способной восстановить душевный комфорт и помочь очиститься от нечистот.
Отсюда следует вывод, что люди, занимающиеся наведением порчи за деньги, являются именно людьми. И даже если у них что-то благодаря случайности выйдет, то это будет несерьезно. Но! Не смотря на то, что они люди и, возможно, сами не верят в то, что обещают, это не отменяет того факта, что нечистотами они измазывают и себя, и жертву. Заказчик сам уже в них измазался еще до обращения к "магу", но он тоже получает свою дозу нечистот во время выполнения своего заказа. Возможно, они этого до определенного момента не чувствуют, а потом - начинают чувствовать. Но уже поздно.
На фоне этой мысли взаимоотношения Гендальфа, Саурона и Сарумана приобретают новый смысл. Саурон мусорил где попало в огромных объемах, Саруман с какой-то радости это решил поддержать. Гендальф, чтобы не терпеть горы мусора, воняющих огрызков и иных неприятных вещей, надавал по тыквам тем, кто мусорил. Чтоб не свинячили. Чтоб не мешали работать. А потом взялся за уборку.

@темы: шмагия